Цифровизация геологии в ЦА: платформы, ИИ и кадровые вызовы

Геология — одна из самых наукоёмких отраслей горнодобывающей промышленности, и логично предположить, что именно в этой сфере внедрять и масштабировать информационные технологии необходимо в первую очередь. Но в реальности темпы её цифровизации в странах Центральной Азии критично отстают от запросов бизнеса и глобального инвестиционного рынка. Как решают эту проблему в Казахстане и Узбекистане, где реализуют стратегические программы расширения минерально-сырьевой базы?

В конкурентной борьбе на мировом рынке критических минералов не выиграть без проникновения «цифры» во все процессы добывающей индустрии: от прогнозирования и оценки запасов месторождений до экспорта продукции. Об этом написаны научные статьи и диссертации, а эксперты на стратегических сессиях самых представительных деловых площадок обсуждают, как именно этого добиться. Пока ИИ, большие данные, технологии машинного обучения реализованы лишь на уровне отдельных практик. Но применительно к геологической информации этого мало: нужна системность. В странах Центрально-Азиатского региона осознают эту дилемму и создают свои сценарии трансформации отрасли.

В Казахстане многое изменилось к лучшему с запуском в 2025 году Единой платформы недропользования. А в августе 2026 года в стране завершили перевод геологической информации в электронный формат, обработав более 4,8 млн архивных материалов. И это смело можно назвать революцией и примером для других стран ЦА. Месяцем ранее, в июле текущего года, о создании Национальной базы геологических данных заявили и в Узбекистане. Для «оцифровки» 36 тысяч отчётов и других первичных источников собираются открыть Центр технологической трансформации. В республике считают, что это поможет вдвое повысить качество и скорость формирования геологических данных, моделирования месторождений и расчёта запасов. И это только начало.

Своими мнениями о том, почему цифровизация геологии для стран ЦА — вопрос выживания, а не престижа, и каким образом от «иллюзии» цифровизации перейти к практике, делились представители науки и профильных компаний на форуме MINEX Kazakhstan — 2026.

Ключевые барьеры: данные, кадры, стандарты

Многие эксперты на форуме говорили о том, что геологическая отрасль в странах пятёрки переживает активную фазу в цикле перемен: традиционные методы уже не могут обеспечить не только рост, но и восполнение минерально-сырьевой базы. А для государств, которые ориентированы на мировую конъюнктуру и стратегически нацелены на экспорт критических ресурсов, это плохая новость. Особенно на фоне истощения старых месторождений и общего снижения качества руд.

«В этих условиях ключевой вопрос уже не только в том, сколько мы имеем балансовых запасов, как прирастает ресурсная база, а в том, насколько эффективно умеем управлять этими данными, какие на их основе принимаем решения. Спрос растёт быстрее, чем технологические возможности, и геология всё ещё остается вне большого цифрового контура. Если посмотреть на ситуацию объективно, мы имеем иллюзию, а не реальную трансформацию. Как один из показателей: по нашим данным, в Казахстане оснащённость геологов «в поле» современными сетями передачи данных составляет всего 21%, а ведь это замедляет выполнение работ на месяцы», — анализирует профессор кафедры «Гео-
логия и разведка месторождений полезных ископаемых» НАО «Карагандинский технический университет» Алия Маусымбаева.

Что мешает цифровизации геологии в ЦА? Общая проблема — выраженный кадровый голод. И причина не столько в излишке вакансий, сколько в дефиците у специалистов компетенций на стыке ИТ, больших данных и геологии, которые являются основой для проведения качественного предиктивного анализа.

Чувствительным фактором стала зависимость от зарубежного ПО, а ускоренной разработке собственного мешает та же нехватка интеллектуальных ресурсов. За «сеньоров» (так в сфере ИТ называют высококвалифицированных, опытных программистов), ML-инженеров, дата-сайентистов, промпт-инженеров на рынке труда идут настоящие тактические бои: компании активно переманивают их друг у друга, суля высокие заработки.

Но, как считает Алия Маусымбаева, самый значимый барьер — это отсутствие единых стандартов предоставления горно-геологической информации (хотя в Казахстане для решения этой проблемы уже многое сделали). Однако пока исторические данные не интегрируются, что снижает их ценность и возможности сквозного планирования. А инвесторы, видя такую картину, не проявляют ожидаемого энтузиазма. Чтобы изменить сложившийся «климат», улучшить его, по мнению профессора, нужно сместить фокус на инновационные приоритеты отрасли.

«Следующим шагом должен стать переход к автоматизированному, многоуровневому архиву, а на его основе — к формированию точных прогнозных 3D-моделей. Ключевой момент — переход от сбора данных к предиктивной аналитике на основе больших данных и ИИ. Это повысит доверие глобального капитала к вложениям именно в геологоразведку, поскольку даст обоснованное понимание, что скрыто в недрах и сколько это стоит. Достоверная информация становится новым капиталом, именно она открывает широкие возможности зарабатывать на полезных ископаемых», — объясняет эксперт.

Применение ИИ в моделировании месторождений

В министерстве промышленности и строительства РК в этом году уже приступили к практическим шагам по внедрению нейросетевых моделей в геологии. В проекте участвуют Национальная геологическая служба и Astana Hub. Инициативу поддержали в EPAM Kazakhstan, а инфраструктуру обеспечивают национальные платформы QazTech и AlemCloud. Кстати, параллельно этот проект помогает решать и проблему с кадрами: геологов учат работать с большими данными, специалисты осваивают методы машинного обучения.

Однако определённый опыт создания моделей с применением ИИ уже накоплен как в научно-исследовательских организациях, так и у работающих на территории республики геологических компаний. И на MINEX Kazakhstan — 2026 о таких практиках рассказали многие спикеры.

Конечно, в первую очередь, интерес аудитории форума «подогревали» кейсы, которые касались редкоземельного сырья. В частности, Алия Маусымбаева рассказала об опыте 3D-моделирования месторождения Верхнее Эспе в Восточном Казахстане.

«Это перспективный для дальнейшей разработки объект, где возможна комплексная добыча лантана, неодима, диспрозия. Но он имеет сложное геологическое строение, поэтому применение цифровых технологий было актуально. И мы использовали систему Mineframe для блочного моделирования рудных тел, распределения ценных элементов и более точной оценки запасов. Это помогло снизить неопределённость и ускорить инвестиционное решение», — отметила представитель Карагандинского технического университета.

Геофизика и электроразведка с цифровыми инструментами

Научно-производственный центр «Геокен» свой «арсенал» операций с ИИ в различных направлениях гео-
лого-разведочных работ применяет не только в Казахстане, но и на территории Боливии, Китая, Индии, Узбекистана. Специализируясь на аэрогеофизике, электро-, магнито- и гравиразведке, геодинамическом мониторинге недр, компания внедряет и успешно использует цифровые инструменты, причём в исследованиях не только на поверхности, но и под землёй. Это даёт возможность автоматизировать обработку больших массивов геофизических данных и выявлять скрытые закономерности, которые сложно обнаружить традиционными методами.

«В наземных работах электроразведка применяется широко, а вот в подземных выработках её использование в Казахстане пока ограничено. Но у нас такой опыт есть. Мы использовали метод переходных процессов и технологию Crone Pulse EM, выполняя измерения по двум скважинам в руднике. В процессе варьировали геометрию передающего контура, который располагался на поверхности. В итоге достоверно и в короткие сроки выполнили все необходимые измерения, которые были необходимы для контроля качества горного предприятия», — поделился на форуме эффективной практикой начальник отдела электроразведочных работ НПЦ «Геокен» Марат Шаяхмет.

Сейсморазведка и аэрогеофизика с машинным обучением

Моделирование сейсмических профилей с помощью ИИ — одно из тех направлений, о которых в экспертном сообществе всё чаще говорят как о полезном инструменте, который обеспечивает точность при прогнозировании ресурсов месторождений ТПИ. Но пока этот метод для разведки руд или угольных залежей применяется не так часто, потому что считается дорогим.

«Цифровые технологии позволяют существенно удешевить такие исследования. У нас есть опыт построения детальной 3D-модели тектонических нарушений по данным сейсморазведки. Мы применили возбуждение импульсными источниками с малым шагом в несколько метров в движении по профилю. Как оказалось, этот метод хорош для глубин до километра. При этом скорость передвижения — порядка 2 км в час, поэтому за сутки реально проходить до 40 км. Это позволяет формировать плотные системы наблюдений.

К тому же такие полевые исследования не имеют сезонности: мы выполняли их зимой. На выходе сопоставили архивную информацию по скважинам с традиционной 2D-сейсморазведкой и построили 3D-профиль участка размерами 1,5х1,5 км. И смогли представить точную интерпретацию», — рассказал технический директор ООО «Соника» Александр Ошкин.

Соавтором его презентации стал Алексей Турчков, сотрудник кафедры сейсмометрии и геоакустики МГУ им. М. В. Ломоносова.

Специалисты российского научно-производственного предприятия «Аэрогеофизика» в Казахстане выполняли комплексные исследования с использованием авиации и беспилотных устройств, включающие магнитометрию, гравиметрию, гамма-спектрометрию, электроразведку, воздушное лазерное сканирование и цифровую аэрофотосъёмку. Алгоритмы машинного обучения в компании тоже используют для повышения качества интерпретации.

«Все те виды поисковых работ, которые можно выполнить с воздуха, мы объединяем в комплексы, которые могут меняться в зависимости от поставленных геологических задач. Например, при поиске медно-порфирового оруденения совмещали такие методы, как магниторазведка, гравиразведка и гамма-спектрометрия», — рассказал главный геофизик научно-производственного предприятия Алексей Трусов.

По его мнению, при растущих требованиях к детальности и надёжности результатов геологоразведки требуется разработка программного обеспечения для интеграции различных геофизических данных в единую интерпретационную модель.

Переход от точечных решений к экосистеме данных

Уже в ближайшие два года в Казахстане, выполняя государственную программу, предстоит изучить 20 участков, где необходимо провести детальную геологическую съёмку и сейсморазведочные работы. В общей сложности геологам нужно исследовать площадь в 100 тысяч квадратных километров. В республике стремятся нарастить ресурсный потенциал, открывая новые месторождения. И вряд ли такие объёмы за короткие сроки возможно освоить без ИТ-инструментов.

По информации Национальной геологической службы Казахстана, цифровые технологии уже помогают анализировать и распознавать большие массивы данных, полученных во время ГРР, обрабатывать снимки, моделировать и строить прогнозы, находить новые залежи металлов там, где их раньше даже не предполагали искать.

«Для Казахстана приоритетом является повышение эффективности геолого-разведочных работ, в том числе через активное внедрение цифровых технологий и современных подходов к работе с геологическими данными. Объединение знаний, опыта и технологических решений позволит нам более эффективно раскрывать ресурсный потенциал страны и обеспечит системное развитие отрасли», — уверен председатель правления Национальной геологической службы Казахстана Ерлан Галиев.

Но для того, чтобы масштабировать такие открытия, мало точечных результатов. По мнению экспертов отрасли, они исчерпали свой потенциал. Важно, чтобы итогом очередного этапа цифровизации стала открытая экосистема геологической информации, в которую можно будет встраивать дальнейшие изменения сравнительно просто и без потерь. Тогда при быстрой адаптации к глобальным изменениям Казахстан действительно может стать высокотехнологичным хабом евразийского значения. Хотя на этот статус активно претендует и Узбекистан.

Одно можно сказать совершенно точно: геология в Центральной Азии сегодня переживает одну из самых сложных трансформаций за последние десятилетия, которая в перспективе определит успехи всей добывающей индустрии региона.

Текст: Арина Дорофеева