Как атаки на КТК повлияли на нефтяную отрасль Казахстана? 

Каспийский трубопроводный консорциум (КТК) — главная артерия казахстанского нефтяного экспорта. Через эту систему проходит свыше 80% всего углеводородного сырья республики. 

Она соединяет крупные месторождения на западе Казахстана (основной объём обеспечивают три гиганта — Кашаган, Карачаганак и Тенгиз) и российские участки на шельфе Каспия с морским терминалом в Новороссийске. Протяжённость маршрута составляет 1,5 тыс. км.  

В 2025 году по сети трубопроводов транспортировали рекордные 70,5 млн т сырья. По КТК идёт почти 2% мировых поставок нефти, что делает его объектом не только коммерческого, но и геополитического значения.

С февраля 2025 года инфраструктура КТК и танкеры, загружающиеся под Новороссийском, неоднократно становились целями атак беспилотников. 

Только спустя полтора года, в августе 2026-го, США добились от Украины согласия не атаковать объекты в Чёрном море, которые имеют важное значение для экспорта казахстанской нефти.  

Насколько устойчиво это соглашение, какие альтернативные маршруты есть у республики и каковы долгосрочные последствия атак на КТК для отрасли — разбираемся вместе с экспертами.

Хронология атак на КТК 

Первые сообщения Каспийского трубопроводного консорциума появились в начале прошлого года. Мы составили хронологию, основываясь на открытых данных компании.

• Февраль 2025 года 

17 февраля семь БПЛА атаковали нефтеперекачивающую станцию «Кропоткинская» в Краснодарском крае — крупнейшую станцию консорциума на территории России. 

Персонал не пострадал, специалисты смогли упредить разлив нефти. Станцию приостановили, а сырьё временно пустили в обход «Кропоткинской» на сниженных режимах. 

Тогда КТК подсчитал, что устранять последствия ударов (повреждены закрытое распределительное устройство, газотурбинная установка, трансформаторы и пр.) будут в течение 1,5-2 месяцев, что приведёт к снижению объёмов перекачки нефти на 30%. В итоге «Кропоткинскую» вернули в строй в мае 2025-го. 

• Март 2025 года 

19 марта — атака трёх дронов на нефтеперекачивающую станцию «Кавказская» в Краснодарском крае. Из-за разгерметизации нефтяного резервуара начался пожар, а ещё через два дня случился взрыв и выброс горящей нефти. 

Это привело к приостановке перевалки сырья из железнодорожных цистерн в соединительный трубопровод до станции «Кропоткинская», входящей в систему КТК.  

24 марта удалось отбить ещё одну атаку БПЛА на нефтеперекачивающую станцию «Кропоткинская». 

• Сентябрь 2025 года 

24 сентября Новороссийск подвергся массированной атаке беспилотников и безэкипажных катеров. Повреждён офис КТК в центре города. 

• Ноябрь 2025 года 

25 ноября в результате атаки повреждён административный корпус морского терминала КТК в Южной Озереевке — главный центр управления всей трубопроводной системой «Тенгиз — Новороссийск». Грузовые операции у выносных причальных устройств приостановили.

29 ноября морской терминал КТК атаковали беспилотные катера. Одно из выносных причальных устройств (ВПУ-2) получило значительные повреждения. 

В момент взрыва системы аварийной защиты обеспечили перекрытие соответствующих трубопроводов, что помогло избежать нефтеразлива. ВПУ-2 восстанавливали практически год, полноценный запуск после ремонта планируется в сентябре 2026-го. 

• Январь 2026 года 

13 января целью БПЛА стали два танкера в акватории КТК: Matilda под флагом Мальты (зафрахтовано «Казмортрансфлот» для перевозки сырья с Карачаганака) и Delta Harmony под флагом Либерии (должен был принять груз с Тенгиза). 

Возгорания на суднах ликвидировали, особый повреждений не было, т. к. нефть ещё не загрузили. 

• Апрель 2026 года 

6 апреля атаке подверглась инфраструктура морского терминала под Новороссийском. Дроны повредили трубопровод выносного причального устройства и сливо-наливной причал. Произошло возгорание четырёх резервуаров с нефтепродуктами.

• Июль 2026 года 

17 июля танкер Nordic Zenith (под флагом Либерии) под Новороссийском атаковали два беспилотника. Судно шло пустым, вышло из строя после полученных повреждений. 

19 июля целями ударов стали ещё два международных танкера с казахстанской нефтью — ASIA (под флагом Либерии) и NISSOS IOS (под флагом Маршалловых островов). На одном из судов возник пожар. Погрузочные операции, запланированные с трёх крупных месторождений, приостановлены.

20 июля пострадал гражданский морской танкер NELSA на морском терминале КТК. Он находился на погрузке у первого выносного причального устройства. 

30 июля дроны нацелились на ещё два судна: Nissos Sifnos (завершал загрузку у выносного причального устройства) и MARATHI (находился в 6 морских милях от терминала). 

А 8 августа Bloomberg написал, что США и Украина достигли соглашения о КТК по несвязанным с Россией судам. 

Остановки КТК затормозили добычу 

Последствия атак оказались масштабными. В июле 2026 года, после остановки отгрузок через черноморский терминал, мощности нефтегазовых предприятий существенно сократились. 

По данным источников Reuters, общая добыча в Казахстане упала до 1,63 млн баррелей в сутки против среднего июльского уровня 2,07 млн баррелей (-21,3%). На месторождении Тенгиз извлечение снизилось более чем вдвое — до 406 тыс. баррелей в сутки против 925 тыс. баррелей.

В целом в июле недропользователи урезали нефтедобычу на 14% по сравнению с июнем — до 7,6 млн т. Эксперт нефтегазового сектора Олжас Байдильдинов оценил ежедневные потери отрасли в $32 млн. 

Министр энергетики Казахстана Ерлан Аккенженов назвал атаки на КТК вызовом для нефтегазовой отрасли в 2026 году. По итогам 2026 года министерство ожидает добычи нефти на уровне порядка 96 млн т — против рекордных 99,55 млн т в 2025 году. 

«Угроза повторных атак сохраняет негативное влияние на добывающую промышленность Казахстана: в 2026 году зафиксировано снижение на 25%.

Основная причина — отсутствие глубины внутреннего рынка и экономически целесообразных альтернатив для экспорта. 

Если даже функционирующий КТК при наличии угрозы стимулирует негативный тренд в добыче, то любая длительная остановка угрожает экономике Казахстана серьёзными последствиями», — подтверждает директор по развитию ООО «Энергия Плюс», член экспертного совета при Российском газовом обществе Павел Марышев.

Директор Центра исследований постсоветских стран, заведующий кафедрой теории и истории международных отношений РУДН, д.и.н. Константин Курылев в свою очередь отметил, что долгосрочные последствия атак выходят за рамки цифр. 

«Во-первых, Казахстан столкнулся с вызовом своей экспортной модели. Зависимость от единственного маршрута признана неприемлемой.

Процесс диверсификации, который раньше шёл инерционно, теперь получил мощнейший импульс. 

Во-вторых, пострадала репутационная устойчивость Казахстана как надёжного поставщика.

В-третьих, инциденты показали, что уязвимость КТК — это не гипотетический риск, а реальность, которая уже привела к проблемам. 

В то же время нельзя не отметить, что благодаря оперативным техническим решениям и профессиональной работе специалистов ситуацию удалось стабилизировать. 

Отрасль продемонстрировала определенную устойчивость, но цена этого опыта — миллиардные потери и осознание необходимости кардинального пересмотра логистической стратегии». 

Есть ли альтернативные маршруты для экспорта казахстанской нефти? 

Мы попросили экспертов выделить доступные варианты для диверсификации поставок. 

Константин Курылев называет самым перспективным направлением трубопровод «Баку — Тбилиси — Джейхан» — основной альтернативный маршрут с выходом к Средиземному морю. 

По нему Казахстан уже транспортирует около 1,2 млн т нефти в год, а «КазМунайГаз» планирует довести этот показатель до 1,7 млн т в 2026 году. 

Но Павел Марышев отмечает, что этот вариант требует дополнительных логистических расходов, ведь до Баку сырьё ещё нужно доставить. Кроме того, пропускная способность трубопровода достаточно скромная — 50 млн тонн ежегодно. 

«Республика не является соинвестором проекта, поэтому нефть принимается по остаточному принципу. Также существует естественный барьер, заложенный в химическом составе казахстанской нефти. Она радикально отличается от азербайджанской, что не позволяет повышать долю казахской нефти в «трубе» свыше 10%», — подчёркивает специалист. 

Константин Курылев назвал и другие пути диверсификации: трубопровод «Баку — Супса» (пропускная способность около 5 млн т нефти в год) и Транскаспийский маршрут через Азербайджан. 

Однако эксперт добавил, что все эти маршруты пока не могут полноценно заменить КТК. Их совокупная пропускная способность значительно ниже, требуется развитие портовой инфраструктуры и увеличение танкерного флота на Каспии. 

Кроме того, транскаспийские перевозки сопряжены с сезонными ограничениями и требуют согласования с несколькими странами. Тем не менее вектор на диверсификацию задан, и эти маршруты будут развиваться как страховочные опции на случай новых сбоев на КТК. 

«Из альтернативных направлений можно рассмотреть Китай, однако Пекин активно закупает дисконтированную российскую нефть. Переходить на более дорогую особого смысла нет. 

В Китае достаточно малых НПЗ, производственные процессы которых заточены под химический состав российских марок; об аналогичной ситуации с нефтью из Казахстана не слышал. 

Поэтому технически нарастить объём поставок можно, но по факту Пекин не готов покупать. Тем более казахстанская сторона анонсировала крупные инвестиции в наращивание транзитных мощностей для поставки российской нефти на восток.

Это во многом закрывает данное направление для собственных поставщиков», — рассуждает Павел Марышев. 

Одним из вариантов частичного замещения экспортного объёма эксперт называет развитие собственных НПЗ и поставки топлива в РФ и другие страны СНГ и прикаспийского региона. Через 15 лет Кабмин планирует увеличить объём собственной переработки РК более чем на 200%. 

Соглашение по КТК: экспертные оценки устойчивости и рисков

Константин Курылев считает, что называть договорённость США и Украины прочной и долгосрочной гарантией безопасности преждевременно. Главная уязвимость состоит в том, что подобные соглашения уже заключались ранее и не соблюдались. 

Эксперт подчёркивает, что несколько месяцев назад посол США на Украине уже выражал недовольство в связи с атаками на КТК, Украине были переданы координаты объектов и другие сведения, но уже через несколько дней последовали новые удары. 

Украина оставила за собой право атаковать суда, находящиеся под санкциями, перевозящие российские грузы или принадлежащие российским лицам. Любые спорные ситуации по этим критериям могут стать поводом для возобновления ударов. 

Соглашение не распространяется на другие объекты российской нефтяной инфраструктуры, и эскалация конфликта может снова вовлечь КТК. Решение далось Киеву непросто — оно стало результатом закрытых переговоров и серьёзного давления со стороны Вашингтона. Смена политических приоритетов или ослабление давления может поставить соглашение под вопрос.

Позитивным моментом можно считать поддержку позиции Казахстана со стороны Румынии и других европейских партнёров Украины, что создаёт дополнительный международный контур сдерживания. Однако утверждать, что эти договорённости обязательно будут соблюдаться, конечно, нельзя», — считает специалист. 

Павел Марышев пояснил, что поскольку КТК является совместным активом, объединившим капиталы из России, Казахстана, США и пр., новороссийские терминалы являются наиболее удобным каналом для наполнения теневых танкеров. 

Суда, обслуживающие КТК, курсируют преимущественно под флагами Маршалловых островов, острова Мэн, Греции. 

«Присутствие иностранного капитала и казахстанской нефти должно было стать «талисманом» для поставок по КТК. Однако требования соинвесторов к украинской стороне о прекращении атак на консорциум не возымели устойчивого влияния. 

Интенсивность атак неравномерна, но угроза сохраняется. Кроме того, долевое присутствие американских компаний не превышает 15%. Не та величина для ультимативной риторики. 

Поэтому устойчивыми договорённости Вашингтона с Киевом называть не приходится. Портовая инфраструктура Новороссийска остаётся слишком удобным маршрутом теневого экспорта.

Осложнения в отношениях между ЕС и Киевом могут стимулировать атаки на КТК. Однако это может привести к длительной остановке маршрута. Возникнет угроза для европейского топливного рынка.

Нефть, отчасти — теневым, отчасти — вполне легально, по данному маршруту поступает в Европу, где прослеживается нисходящий топливный тренд. Дополнительные риски европейцам сейчас ни к чему», — резюмирует спикер.