Уран в Таджикистане: окно возможностей

В 2025 году урановый сектор промышленности Таджикистана мог бы отметить столетний юбилей. Во всяком случае, для этого есть подходящая историческая дата. Век тому назад, в 1925 году, на южных склонах Кураминского хребта у селения Табошар было открыто крупнейшее в Средней Азии месторождение урановых руд.

Начиная с того времени уран стал одним из стратегических направлений развития экономики Таджикистана. Рудники и горно-химические предприятия республики сыграли важную роль в становлении атомной индустрии СССР. А сейчас добыча сырья для новых ядерных и редкоземельных проектов получила в этой стране новую точку отсчёта. 

Обострение «урановой лихорадки»

По данным Всемирной ядерной ассоциации (WNA), в базовом сценарии потребности мировой атомной энергетики к 2040 году возрастут вдвое: с 65 тыс. т до 130 тыс. т урана в год. Но в 2024-2025 годах в производстве урана наметился тренд на снижение. И выводы напрашиваются неутешительные. 

«Использование вторичных источников получения ядерного сырья остаётся в перспективе на прежнем уровне: до 8 тыс. т урана в год. А производство на действующих предприятиях, по прогнозам WNA, сократится в 2 раза. При этом новые рудники смогут лишь покрыть выбывающие мощности — не более. Таким образом разрыв между спросом и предложением уже к 2035 году может превысить 40 тыс. т урана в год. Поэтому разведка, открытие и вовлечение в промышленный оборот резервных и новых месторождений во всём мире должно стать ответом на вызовы времени», — отметил на форуме «MINEX Центральная Азия 2025» геолог, советник первого заместителя гендиректора АО «Техснабэкспорт» Александр Бойцов, анализируя мировой спрос на уран в горизонте ближайших 15 лет.

Уже сейчас понятно, что страны Центральной Азии благодаря значительным урановым ресурсам займут важное место в глобальной системе поставок. Для Таджикистана это «окно возможностей».  

Согласно официальным данным, которые озвучил президент страны Эмомали Рахмон, в республике сосредоточено порядка 14-16% мировых запасов урана. И возможности для сотрудничества в их освоении, а также в получении сырья из вторичных отходов открываются масштабные. В первую очередь, это совместные проекты с госкорпорациями «Росатом» и «Казатомпром», инициированные в 2024-2025 годах.

На тысячу лет и 200 метров вглубь истории

Но сначала немного об исторических предпосылках развития урановой промышленности Таджикистана. Для этого следует вернуться больше чем на тысячу лет назад. Дело в том, что Табошар является полиметаллическим месторождением и, по некоторым данным, его разработку начали ещё в годы правления легендарного халифа Харуна ар-Рашида (или даже ранее). 

Тогда здесь добывали серебро и свинец. О датировке можно спорить, однако исторические недропользователи оставили явные следы своей деятельности — более двух тысяч древних рудников глубиной до 200 м. 

В 1891-1895 годах Табошар был одним из объектов изучения Памирской географической экспедиции. А в годы советской власти работа геологических партий в Таджикистане стала регулярной. В частности, в 1920-1930 гг. одной из задач было изучение оловоносной зоны Средней Азии с её пегматитовыми полями.

Радиоактивные составляющие в образцах руд Табошара, как это нередко случается у геологов, обнаружили случайно при создании геологической карты Карамазарского рудного района в 1925 году. А в 1926-м геологи выявили несколько ураноносных жил, включая самую крупную на тот момент, получившую название «Ведущая». 

С ноября 1942 года, когда Государственный комитет обороны СССР принял постановление «О добыче урана», это месторождение стало одним из ключевых источников сырья для первого советского атомного проекта.

«В годы войны было установлено, что и Табошар, и Адрасман, и другие полиметаллические месторождения Карамазара являются одновременно урановыми. Они послужили базой для начала создания в 1943 году знаменитого комбината №6 по добыче, обогащению и переработке урановых руд. Таким образом, в первый промышленный ядерный реактор СССР был заложен таджикский уран», — пишет Шахноза Рахимова в статье «История становления и развития атомной промышленности в Таджикистане».

Реабилитация наследия

«Урановый след» в индустрии республики — это, к сожалению, не только промышленная и социальная инфраструктура, но и полигоны с отходами, имеющие достаточно высокий класс опасности. Проекты по их обезвреживанию с начала нулевых осуществлялись регулярно. В том числе и в рамках межправительственного соглашения между Россией и Таджикистаном о сотрудничестве в области реабилитации территорий, пострадавших от деятельности уранодобывающих и горнорудных производств.

В 2025 году началась реализация второго этапа проекта по рекультивации хвостохранилищ на севере страны. В июле этого года Центральный проектно-технологический институт (ЦПТИ — предприятие топливного дивизиона «Росатома») заключил контракт на разработку проектно-сметной документации по территориям уранового наследия в Согдийской области.

Рекультивация охватывает два объекта:

• отвал цеха №3 площадки «Табошар» в районе города Истиклол: площадь — около 3 га;
• хвостохранилище в посёлке Адрасман: площадь — 3,4 га, объём отходов — 400 тыс. т.

Специалисты «Росатома» уже приступили к проведению комплексных инженерно-радиационных обследований, а также к подготовке проектной документации. Все эти решения будут проходить государственную градостроительную и экологическую экспертизы в соответствии с законодательством республики.

Сможет ли Таджикистан снова стать одним из поставщиков уранового сырья для атомной промышленности России? Ещё в 2017 году страны подписали межправительственное соглашение о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, которое является основой дальнейших взаимодействий в этой сфере. Но пока о конкретных шагах по организации добычи говорить рано. 

Зато известно, что Россия собирается увеличить долю атомной генерации с 18,9% до 23,5%. Для этого предстоит построить до 2042 года 37 новых энергоблоков и запустить 11 новых АЭС. А значит, потребность в ядерном топливе будет расти.

И уже сейчас можно отметить примеры взаимодействия двух стран в области добычи полезных ископаемых. Выпуск ванадия налажен в 2024 году на том самом урановом комбинате №6, переименованном позднее в «Востокредмет», а в настоящее время это государственное унитарное предприятие «Фулузоти нодири Точикистон». Линия одного из цехов полностью модернизирована на основе российских технологий. Мощность составляет до 200 т в год.

Стратегические планы по критическому сырью

В августе прошлого года меморандум о взаимопонимании, направленный на расширение сотрудничества, подписали компании «Таджикские редкие металлы» и «Казатомпром». Это стратегическое партнёрство может стать важным этапом в развитии горнодобывающей отрасли в обеих странах. 

Компании планируют совместно работать над реализацией инициатив, включающих разведку, добычу и переработку урана, РМ и РЗМ, проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, внедрение инновационных технологий, а также подготовку кадров.

«Хотя сейчас рано говорить о конкретных результатах, мы нацелены на перспективные совместные проекты в урановой отрасли, а также по редким и редкоземельным металлам, которые могут принести значительную пользу как Казахстану, так и Таджикистану. И надеемся, что меморандум станет основой для долгосрочного и продуктивного сотрудничества, способствуя экономическому росту и развитию высоких технологий в обеих странах», — пояснил председатель правления «Казатомпрома» Меиржан Юсупов.

Такое сотрудничество выглядит более чем перспективным не только для этих двух государств, поскольку глобальная потребность в уране, по прогнозам экспертов,  будет расти. 

Если ориентироваться на обзор «Уран. Ресурсы, производство и спрос», который ежегодно представляет МАГАТЭ, то до 2040 года в Канаде, России, Намибии, Нигере, США и Узбекистане разведанные запасы доступного урана будут практически полностью отработаны. Речь идёт о категории USD 80/kgU, которая является основной для промышленных предприятий. Другие виды сырья стоят дороже и менее рентабельны в отработке.

В поисках новых месторождений

Где будут открыты новые месторождения, там, закономерно, и начнут аккумулироваться инвестиции. Каковы в этой игре на повышение шансы Таджикистана, северные месторождения которого, известные с советских времён, давно исчерпаны? 

В отчёты международных организаций по производству и запасам урана геологические данные республики пока не включены. Но советские исследования говорят о том, что в стране есть несколько месторождений в районах Моголтау-Карамазара, Гиссаро-Каратегина и Памира, которые имеют промышленный потенциал, но нуждаются в проведении разведки. 

Только в центральной зоне геологи СССР открыли порядка 60 рудных полей и пять месторождений, требующих дополнительных исследований. Несколько месторождений локализованы в труднодоступных районах Памира.

Есть сведения о тяжёлых металлах, которые обнаружены в бассейне реки Гунт, берущей начало на северных склонах Южно-Аличурского хребта. Интенсивная тектономагматическая  деятельность за длительный период привела к образованию здесь многочисленных месторождений полезных ископаемых, но преобладает редкометальное оруденение. Изыскания указывают на пегматитовые образования, для которых характерно высокое содержание тория, урана и редкоземельных элементов.

Ещё в советское время геологи вели исследования на озере Хинокуль. Традиционное название водоёма звучит как «Сасык-Куль» или «Вонючее озеро», и дано оно не случайно. Здесь птицы не поют и деревья не растут, потому что концентрация урана в солёных водах достигает 30-40 мг/л. А общие запасы этого элемента в озере оцениваются в 700 т. 

Насколько рентабельным может быть извлечение урана из вод озера? В главном управлении геологии при правительстве Республики Таджикистан (на основании анализа проб) поясняют, что рапа является готовым промышленным раствором для добычи. Однако потребуются эффективные технологии разделения полезных компонентов гидроминерального сырья.

Конечно, развернуть масштабные работы будет непросто. Озеро находится в Мургабском районе Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО) Таджикистана, на плато Аличур, на высоте 3820 метров над уровнем моря. Понятно, что полное отсутствие инженерной и логистической инфраструктуры станет одним из серьёзных факторов риска и потребует дополнительных вложений. 

В любом случае, наращивание потенциала в сфере добычи урана, РМ и РЗМ — приоритетное стратегическое направление для республики. А долгосрочное сотрудничество Таджикистана с «Росатомом» и добывающими структурами стран Центральной Азии поможет в решении тех задач, которые стоят перед горной отраслью.